Путин, Сирия, выход…

Если вы хотите понять Путина, его стратегию – то послушайте такую аллегорию: представьте, что Россия – первобытный охотник, который спрятался от пещерного медведя или гигантского льва в маленькой пещерке. На её (то есть ваше) счастье – хищник смертельно болен. Вы чувствуете исходящий от него жар лихорадки, вы видите, что кровь течет у него из ушей, из ноздрей, из язв на всем теле… Хищник вот-вот умрет. Но пока он ещё жив. И он хочет вас достать из вашего укрытия…
А вы – охотник на заре истории. У вас есть и копьё, и дубина – на мелкого зверя их бы хватило, но не на такого гиганта. Каковы же ваши действия в маленькой пещерке?

1. Ждать, когда гигант-людоед умрет. Он уже скоро рухнет, всё об этом говорит, вы это довольно точно знаете. Но понятие «скоро» - растяжимое. Да, он истекает кровью, но на сколько его хватит? На час? На сутки? На двое суток?
2. Не выходить из укрытия, не вступать с гигантом-людоедом в открытый бой. Там у вас мало шансов, да и есть ли смысл так рисковать – если тварь скоро сама окочурится?
3. Всякий раз, когда чудовище полезет к вам в пещерку – бить его по глазам, по ноздрям, по всем чувствительным местам, чтобы отвязалось.

Вот три пункта, которые позволяют нам понять стратегию Путина, всеми традиционно характеризуемую словом «неожиданность». Всемирная чудовищная империя хочет сожрать Путина и нас заодно. Но она умирает. При этом она чувствует, что умирает, чувствует, что скоро уже не сможет стоять на лапах – и потому лезет к нам, торопится подкрепиться свежатинкой…
Что в этой ситуации избрал Путин? Оборонительную стратегию. Все его удары – на самом деле контрудары. Он предпочел бы их не наносить вовсе – если бы зверь не подобрался совсем близко.

Осетинская война – не удар по Грузии, а контрудар по грузинскому агрессору. Крым – это не удар по Украине, а контрудар по украинскому агрессору, пытавшемуся изгнать российский флот из его коренной базы. В Сирии тоже сугубо оборонительная задача – удержать Асада, которого хотят свалить, но и не более того…

Путин реагирует только тогда, когда не реагировать уже нельзя. Как только появляется возможность к примирению – он тотчас же ей пользуется, и это – его многолетняя стратегия. А главная цель у этой стратегии – дождаться живым и здоровым того момента, когда американский хищник уже потеряет способность эффективно атаковать и рухнет под тяжестью своих внутренних недугов.
Если этого не понимать – тогда никаких действий Путина понять невозможно. Не только стремительного («неожиданного» - по оценке США) выхода войск РФ из Сирии, но и столь же стремительного их входа туда. Невозможно понять – почему Крым присоединил, а Донбасс или Приднестровье не стал… Ведь не любить сильнее, чем уже не любят – всё равно не будут…

Путин понимает две вещи.

1. Американская империя надорвалась, у неё внутреннее кровоизлияние, и она скоро рухнет.
2. Американская империя обладает колоссальными силами, и пока она в агонии, с помутившимся рассудком – она может перед смертью натворить неописуемых бед. Например, шандарахнуть по миру термоядерными ракетами, чтобы не обидно было одной умирать…

Значит, встаёт двойная задача: Американскую Империю сдерживать – но не провоцировать. Если она залезла своей львиной мордой слишком далеко – дать по ноздрям. Если отшатнулась от удара – бегущую не преследовать, в угол не загонять…

Приз в игре очень велик. Американская империя умрёт. И это случится очень скоро. И тогда нам всё достанется – потому что кроме нас и США в мире серьёзных игроков нет. Но пока этот гигант-каннибал ещё жив, пока он в ярости агонии крушит всё на своём пути – нам нужно не попасть к нему в когти. Умирает он или нет – а убить пока ещё вполне в силах.

Я не знаю, что кладут на стол к Путину, но даже и того, что кладут мне на стол – достаточно, чтобы понимать агониальный характер поведения США. Вот к примеру, правительственный доклад преемнику Обамы[1].

В нем сказано, что раздутое Обамой снижение безработицы связано всего лишь с со снижением «уровеня участия в трудовых ресурсах» (то есть доли трудоспособных американцев, так или иначе производящих ВВП страны).

Этот уровень упал с 65,7% до 62,9%. Это самый низкий показатель за сорок лет — с марта 1978 года. Американская нация стремительно и уже безвозвратно превращается в нацию социальных иждивенцев — и вовсе не только пенсионеров. События в Балтиморе и Фергюсоне вскрыли факты того, что многие «протестующие» выросли в семьях, где три поколения ни один из членов семьи ни дня не работал.

Семьи поколениями жили за счет государственных пособий, многочисленных выплат и талонов на питание, очень распространенных в США, бесплатных государственных сервисах и других формах «государственного пенсиона». Отмечен рост иждивенческого слоя до демографически значимых масштабов. Процент американцев, находящихся за чертой бедности, вырос по последним данным переписи населения с до 14,8% в 2014 году — сразу на 3,5 процента. По той же причине СНОВА упал средний доход американского домохозяйства — с $54.925 до $53.657 в год. А он падает с 1975 года!!! Постоянно!

Выпали те доходы, которые семьи не проедают и не тратят на дом, а откладывают «на развитие»: на колледж детям, на новый автомат с газировкой в магазинчик при своей заправке, на покупку еще одного развозного пикапа и т. п. Число тех, кто обратился за бесплатными талонами на питание для бедных выросло на немыслимые ранее 40% — с 32.889.000 до 45.874.000. К концу этого года пятьдесят миллионов жителей самой богатой экономики планеты сочтут для себя возможным попросить у государства бесплатную еду для бедных семей.

Впервые за тридцать пять лет за год предприятий в Америке умирает больше, чем рождается. Американский бизнес банально вымирает… — отметил Джим Клифтон во время презентации доклада в специальной программе телеканала CNN.

«…До прихода администрации (Барака Обамы) в течении года закрывались примерно 100 000 стартапов… Но при нынешней администрации мы получили ежегодный чистый минус 70 000 предприятий в год…» — добавил Клиффорд.

Конкурентная среда в США не стала более суровой, кредиты не стали менее доступны, законы стали даже либеральней к новым предпринимателям, отмечают Клифтон и Вольф. Внешние факторы способствуют возникновению новых предприятий. И они возникают — в Израиле, Индии, России, конечно же, в Китае. Но не в Америке. Предприимчивый американец уступил при Обаме место американцу выпрашивающему. А этого в истории США не было НИКОГДА!
Клифтона серьезно беспокоит, что «…предпринимательство в настоящее время в состоянии такого упадка в первый раз всю историю страны, с того момента, как правительство США начало статистические измерения этого показателя… когда свободное предпринимательство умирает, Америка умирает вместе с ним…».

При таких тенденциях – сколько ещё продержится мировая долларовая тирания, выстроенная по принципу МММ? У пирамид бывают громкие взлёты – но их падения всегда внезапны, неожиданны.

Вечнорастущий доллар не может быть иным, как и билетик МММ должен был постоянно расти в цене. В тот момент, когда цена на доллар или билетик МММ перестанет расти – начнётся паника сброса, и пирамида ухнет в считанные дни.

Вот этого и хочет дождаться Путин, совершая неожиданные маневры перед носом умирающего зверя. Прав он или не прав – покажет время. Но логика его в целом понятна…

[1] Авторы цитируемого доклада Джим Клифтон, глава корпорации Гэллап, мирового флагмана в области статистики и социологических исследований, и Роберт Вольф, советник по экономике американских президентов (в том числе некоторое время самого Барака Обамы)

Николай Выхин